Психоаналитик для пары

О трудностях непонимания

Одна из трудностей непонимания людей друг друга состоит в полисемантичности слов - множестве значений у одного и того же слова. Так, одно слово у каждого человека нагружается собственным контекстом. Слово "любовь" у одного может означать лишь влюбленность, у другого - то, что ему нравится кто-то или что-то и т.д.
Вот что пишет по этому поводу Мэри Морган в своей книге "Парное состояние сознания. Психоанализ пар и модель института" Тавистокские взаимоотношения": "Слова лишь приблизительно выражают то, что мы пытаемся передать, так что в этом смысле они всегда - недопонимание. Слово, которое один партнер использует для описания той или иной вещи, в представлении другого означает для него нечто другое. В более здоровых отношениях люди это принимают. Они, наверное, даже не думают об этом, они более-менее понимают друг друга, а если чувмтвуют, что чего-то не понимают или понимают недостаточно точно, то стараются достичь лучшего понимания. Иногда они ради этого ссорятся, а потом немного корректируют позиции и лучше что-то осознают. Но в более нарушенных отношениях это различие в понимании может стать преследованием и источником сильного конфликта, когда один партнер пытается положить другого на лопатки или настаивает, что именно то значение, которое отстаивает он - настоящее".

Ален де Боттон в статье "Почему вы вступите в брак не с тем человеком" (de Botton, 2016) пишет:

"Мы вступаем в брак, чтобы приятное чувство не ушло. Мы воображаем, что брак поможет нам законсервировать ту радость, которую мы почувствовали, когда мысль сделать предложение впервые нас посетила. Может, мы были в Венеции, в лагуне, на катере, вечернее солнце искрилось на воде, мы болтали о тех аспектах наших душ, которые, казалось, никто раньше не замечал, и скоро нас ждал ужин - ризотто у уютном месте. Мы вступили в брак, чтобы эти ощущения не уходили, но обнаружили, что нет прочной связимежду этими чувствами и институтом брака. В самом деле, брак определенно стремится вывести нас в совершенно иную, скорее административно-хозяйственную плоскость, развертывающуюся пригородном доме, куда долго добираться, где сводящие с ума дети убивают страсть, как только появляются на свет. Единственный общий ингредиент - это партнер. И этот ингредиент может не подходить для консервации. Хорошая новость заключается в том, что не имеет значения, если мы обнаруживаем, что вступили в брак не с тем человеком. Мы не должны бросать его или ее, но лишь базовую романтическую идею, на которой последние 250 лет основано западное понимание брака: что есть совершенное существо, которое способно удовлетворять все наши нужды и утолять каждое наше желание. Нам нужно сменить романтическое представление трагическим (а местами - комедийным) осознанием того, что каждый человек может расстраивать, злить, раздражать, бесить и разочаровывать нас - и мы (без всякого злого умысла) будем такими же для него". 

Мэри Морган в своей книге "Парное состояние сознание. Психоанализ пар и модель института "Тавистокские взаимоотношения" так комментирует вышесказанное:

"Это романтическое представление, как выражается де Боттон, находится глубоко в нашей психике. Составлять часть взрослой пары - это первая возможность с того времени, когда ты был частью диады ребенок - мать, вновь найти ту особую близость. Может существовать желание воссоздать эксклюзивные, магические отношения, в которых удовлетворены все нужды: по крайней мере временно, пока мы не столкнулись вынужденно с реальностью в большей мере и со внешним миром, в том числе взрослым партнером матери. Даже если все было совсем не так, человек может жаждать еще больше, чтобы стало так, когда находит "совершенно другого". Эти чувства обычно бессознательны, но зачастую имеются их внешние осознанные проявления касательно другого, удовлетворяющего все наши нужды, совершенной гармонии, согласия, о ком-то, кто поборет наше несчастье. Культурные проявления этой фантазии во множестве аспектов видны в медиа, которые поддерживают эту идею совершенных отношений. В некоторых парах люди сообщают, что никогда не были по-настоящему влюблены друг в друга, но многие все же считают, что были, и некоторые говорят, что остаются влюбленными на протяжении всех своих отношений. Зачастую пары описывают переход от состояния влюбленности к любви другого типа, которую иногда называют более глубокой и прочной. Она все еще может включать в себя некоторые аспекты влюбленности. Но как бы пары это не описывали, обычно существует переход к чему-то более основанному на реальности, где другой немного освобожден от осознанных фантазий партнера, и ему позволено быть больше самим собой. Однако это не всегда легкий процесс, поскольку он все же включает в себя утрату и разочарование, и обнаружение, кем на самом деле является другой, может преподносить сюрпризы: некоторые становятся для пары проблемой, а некоторые приносят глубокое удовлетворение"

О фантазиях партнеров в паре друг о друге и взаимоотношениях

Вот что пишет Мэри Морган в своей книге "Парное состояние сознания. Психоанализ пар и модель института "Тавистокские взаимоотношения" 

"У пар имеется множество идей о том, что такое взаимоотношения или чем они должны быть. Это важная область в парной терапии, поскольку эти допущения, фантазии и бессознательные  убеждения в некотором смысле управляют отношениями. Если они должным образом не вносятся в сознание и не обдумываются, то могут вести к ощущению бесконечного конфликта, который человеку кажется оправданным, а его партнеру - иррациональным и несправедливым. Эти идеи варьируют от открытых допущений до глубоко бессознательных убеждений. Осознанные допущения часто необходимо более открыто рассматривать и обдумывать. Может оказаться, что каждый партнер думает, что это общие взгляды, и обнаруживает, что они таковыми не являются. Сюда я включаю такие представления, как: идея партнеров, что они должны всегда кметь понимать друг друга, им все должно друг в друге нравиться, они должны всегда находить друг друга сексуально привлекательными, никогда не должны ненавидеть друг друга, ссориться, должны выступать единым фронтом. Хотя, размышляя рационально, партнеры могут отрицать, что у них есть такие фантазии, фактически зачастую они находятся в их власти больше, чем это осознают. Иногда имеются фантазии, больше похожие на то, что Фрейд называл дневными грезами, которые не проверяются реальностью и позднее вытесняются (Freud, 1911). У партнеров часто имеются бессознательные фантазии, что другой партнер вот такой или должен быть таким в смысле внешнего вида, характеристик, поведения; или фантазии о том, что они должны ожидаемым образом относиться к себе, быть счастливыми, общительными, заботливыми, нетребовательными и так далее, и если другой этому не соответствует, то возникает разочарование и даже обида".

Что является маркером благополучия в семье? Об этом пишет Вирджиния Сатир в книге "Как строить себя и свою семью":

"Хорошо ли вам живется сейчас в вашей семье? В тех семьях, с которыми мне приходилось работать, этот вопрос практически никогда не поднимался. Живя вместе, люди полагают само собой разумеющимся, что все довольны. Если в семье нет явного кон­фликта, принято считать, что все удовлетворены сложившейся ситуацией. Я думаю, что многие из членов семьи даже не осмели­ваются задать себе этот вопрос. Они мирятся с жизнью, которая кажется им более или менее удачной, и не предполагают, что семейную ситуацию можно вообще как-то изменить.Чувствуете ли вы, что живете с друзьями, с людьми, которые вам нравятся, которых вы уважаете, с людьми, которые уважают и любят вас? Этот вопрос обычно вызывает недоумение: «Хм... Я никогда не задумывался над этим, это ведь моя собственная семья» — как будто члены семьи чем-то отличаются от всех остальных людей!А быть членом вашей семьи — это интересно и приятно? Дей­ствительно, существует много семей, члены которых считают, что жизнь в их доме приятнее и интереснее, чем где-либо еще. Но мно­гие люди долгие годы, день за днем живут в семьях, которые им неприятны. Такие люди воспринимают свою семью как поле боя или непосильное, тяжелое бремя.Если вы ответите «Да» на все три вопроса, то я уверена, что вашу семью можно назвать зрелой и гармоничной. Если вы отве­тили «Нет» или «Не всегда», вы скорее всего живете в семье, в которой есть определенные трудности и проблемы. Это не озна­чает, что ваша семья плохая. Это говорит лишь о том, что члены вашей семьи не очень счастливы и не научились по-настоящему любить и ценить друг друга".

В своей книге  «Мысли о проблемах любви» Лу Андреас-Саломе указывает на  опасность «притирки» живущих вместе (в браке или в паре) друг к другу:

«Наибольшая опасность кроется не в том безрассудном ослеплении любовной страсти, когда человек в другом хочет увидеть больше, чем есть на самом деле: опасней, если вместо этого он попытается наоборот — представить свою собственную сущность искусственно, «по образу и подобию» другого. Только тот, кто полностью остается самим собой, может рассчитывать на долгую любовь, потому что только во всей полноте своей жизни он может символизировать для другого жизнь, только он может восприниматься ею как сила. Ничего поэтому так не искажает любви, как боязливая приспособляемость и притирка друг к другу, и та целая система бесконечных взаимных уступок, которые хорошо выносят только те люди, которые вынуждены держаться друг друга лишь по практическим соображениям неличностной природы, и должны эту необходимость по возможности рационально признать. Но чем больше и глубже два человека раскрыты, тем худшие последствия эта притирка имеет: один любимый человек «прививается» к другому, это позволяет одному паразитировать за счет другого, вместо того, чтобы каждый глубоко пустил широкие корни в собственный богатый мир, чтобы сделать это миром и для другого. В этом причина такого своеобразного и все же отнюдь не редкого явления, когда после продолжительной и по видимости счастливой жизни смерть разделяет пару, и — оставшаяся в живых «половина» неожиданно начинает расцветать по-новому. Иногда женщины, которые были для своих спутников слишком преданными, полностью сокращенными до «половины», узнают став печалящимися вдовами, к своему собственному удивлению, чудесный поздний расцвет своей подавленной, почти уже позабытой собственной сущности.

На деле быть «половинами» всегда плохо для обеих сторон и всегда бывает тесно в их «жилище», если они к тому же еще «притерлись» друг к другу: хотя они говорят теперь «мы» вместо «я», но «мы» уже не имеет никакой ценности, когда захвачено «я», — и это относится не только к духовно бедным личностям, но свойственно и для личностей с богатым внутренним миром, где один у другого наивно отнимает его содержание, присваивает и пытается жить сам, и для этого прячет внутрь свое собственное, до тех пор, пока они не разлучатся. Теперь они, может быть, были бы друг для друга по-братски родными, если бы они не любили друг друга — с воспоминаниями и страстными желаниями — были бы, если бы только по ошибке из привлекательной, плодотворной новизны — которой они были друг для друга — они не стали бы смертельной банальностью друг для друга».