Заметки 
о психическом
  
О комплексе кастрации

В своей статье «Формы выражения женского комплекса кастрации» Карл Абрахам описывает некоторые случаи из психоаналитической практики. Одна пациентка увидела во сне себя и других женщин, носящей огромный пенис, украденный ими у животного. Это напоминает невротические импульсы к краже – клептомании, где ребенок чувствует себя обделенным, обойденным подарками либо еще как-то ущемленным в удовлетворении своего либидо. Для замены упущенному удовольствию он создает себе заменяющее удовольствие и одновременно мстит тем, кто совершил по отношению к нему мнимую несправедливость. Эти же импульсы насильно завладеть неполученным «подарком» имеют место в бессознательном пациенток Абрахама. Важный невротический симптом - вагинизм, который служит вытесненным фантазиям о кастрации. Его тенденция складывается из двух составляющих – предотвратить проникновение пениса и не выпускать его в случае проникновения – удержать и так «кастрировать» мужчину. В этом случае фантазия содержит кражу члена у мужчины и присвоение его себе. Пациентка Абрахама, которая рассказала ему о сновидении о шприце с морфием в начале своего брака демонстрировала сложную форму неприятия мужчины. Она страдала истерической аддукционной контрактурой бедра, которая проявлялась при каждом приближении мужа. После устранения этого симптома появился новый – высокая степень вагинизма, которая прошла в процессе психоанализа. Либидо этой пациентки было сильно фиксировано на отце, а перед замужеством она увидела сновидение, в котором ее отца переехали и он потерял ногу и все свои возможности – идея кастрации нашла свое выражение в ноге и возможностях. Переезд – один из самых частых символов кастрации. Один из пациентов Абрахама, «тотемом» которого был пес, видел сновидение о переезде собаки с потерей ее ноги. Тот же символ видим в фобии, которая относится туда, где мужчину могут переехать и лишить ноги или руки. Одна из пациенток Абрахама была подвержена этому страху в отношении к разным мужчинам ее семьи. Кроме того, Абрахам в годы войны обратил внимание на женщин, испытывающих особый эротический интерес к мужчинам, потерявшим руку или ногу из-за ампутации или несчастного случая. Таким женщины отличались особо явным чувством обойденности, а их либидо легче признает покалеченного мужчину, чем мужчину, сохранившего все части тела. Они чувствуют родство с искалеченным и видят в нем товарища по несчастью, поэтому нет нужды с ненавистью отвергать его как здорового человека. Сюда относятся и симпатия некоторых женщин к еврейским мужчинам, так как обрезание ощущается как минимум парциальная кастрация и разрешает им перенос либидо на мужчину. Известны случаи, где смешанный брак заключался пациенткой из такого, хотя и неосознанного, мотива. Сюда относится интерес к мужчинам, получивших какие-либо телесные повреждения и утративших мужское превосходство. В докладе «Женский комплекс кастрации и его проявления» Карл Абрахам отмечает, что женщины, на которых влияет или жизнью которых управляет комплекс кастрации в значительной мере – сознательно или бессознательно – «пересаживают комплекс кастрации на своих детей». Эта женщина влияет на психосексуальное развитие своей дочери так, что устными выражениями с ранних лет принижает женскую сексуальность. Или бессознательно дает почувствовать дочери свое неприятие мужчины, что имеет более продолжительное действие, так как подрывает гетеросексуальность подрастающей девочки. С другой стороны, прямой способ принижения может вызвать форменные шоковые воздействия, такие как слова матери, сказанные ею при вступлении дочери в брак: «То, что начинается сейчас, отвратительно!" Особо следует отметить невротичных женщин либидо которых сместилось с генитальной зоны на анальную, выражающих свое отвращение перед мужским телом в такой или подобной форме. Эти женщины не осознают последствий своих поступков, оказывая сомнительное воздействие на сыновей. Мать с такой неприемлющей установкой повреждают нарциссизм мальчика, так как мальчик в раннем возрасте гордится своими гениталиями, старается продемонстрировать их матери в ожидании восхищенного интереса. Вскоре он замечает, что мать демонстративно избегает вида гениталий мальчика, даже если не выражает этого словами.  Очень часто такие женщины обосновывают запрет онанизма отвратительностью такого прикосновения. Одновременно с этим эти женщины склонны ласкать ягодицы ребенка, часто повторяя слово «попа» или, заставляя произносить это слово, а также обращают преувеличенный интерес на испражнение. В таком случае мальчик вынужден изменить ориентацию своего либидо. Либо оно транспонируется на анальную зону с генитальной, либо мальчика тянет к собственному полу – в первую очередь к отцу, чувствуя общую связь с ним, и одновременно превращается в женоненавистника, который позже станет сверхостро критиковать слабости женского пола. Это хроническое воздействие комплекса кастрации матери, по мнению Абрахама, как причина возникновения страха кастрации у мальчика имеет большее значение, чем время от времени высказываемые угрозы кастрации, что подтверждается многими анализами невротиков мужского пола. Анальная эротика матери – самый первый и самый опасный враг психосексуального развития детей, поскольку дети в большей степени подвержены влиянию матери в ранние годы, чем отца. Абрахам отмечает, что освобождение от искажений психосексуальности, от бремени комплекса кастрации создает условия для предотвращения невроза у следующего поколения детей. Поэтому психоаналитическая деятельность – тихая, малопризнанная, тем сильнее окружена врагами работа, но ее воздействие не просто на индивида, но и на его потомство – цель, достойная многих усилий. 

О реакциях на потерю

Существует два вида ответа на ситуацию потери – паталогическая (меланхолия и депрессия) и нормальное горе. Горе – это нормальное состояние человека, который столкнулся с потерей, которое проживается, оплакивается, в результате такой психической работы остается память о человеке или о том, что было потеряно, утрачено. Депрессия, в отличие от горя, сложное психическое состояние, паталогическая реакция (состояние) человека, который кого-то, что-то потерял. Несмотря на то, что элементы депрессивности присутствуют и в процессе проживания горя (человек винит себя в случившемся), но это состояние проходит и, в конечном итоге, человек «отпускает» утрату. В случае депрессии, особенно меланхолии – это тяжелое психическое состояние остается и переживается постоянно, хотя и может носить скрытый характер в виде соматических проявлений, а также наблюдаться в некоторых идеях виновности относительно себя или других.

Тяжесть психического состояния переживания потери зависит от характера потери, так как они могут быть двух видов - объектными и нарциссическими, либо объектными и нарциссическими одновременно. Объектная потеря связана с объектом – потерей  любимого, близкого, дорогого человека. Нарциссическая потеря связана с потерей чего-то в себе или для себя, что поддерживало нарциссизм (самоуважение). Так, например, нарциссическая потеря может быть связана с потерей смысла, сменой системы ценностей, идеала и т.д. Одновременно нарциссическая и объектная потеря могут быть связаны с потерей дружбы уважаемого лица, измены (как такое могло случиться со мной?), престижной работы, должности и др.

Депрессия – это психическое паталогическое состояние, которое включает в себя клиническую картину, демонстрирующую клинические проявления (симптомы). Обычно это триада симптомов: пониженное настроение, замедленная речь, замедленное мышление и сопровождается все это идеями самоуничижения – «я – плохой, я сделал не достаточно, чтобы этого не было», «я плохо заботился» и т.п. Каждая депрессия сопровождается и телесными проявлениями, такими как, сердцебиения, неприятные ощущения в области сердца, запоры. Метаболизм, то есть обмен веществ, затормаживается, поэтому люди в состоянии депрессии часто набирают лишний вес, а кроме того, используют алкоголь, наркотики, еду для попытки справиться с таким тяжелым состоянием, что временно приносит облегчение, но со временем наносит вред организму в целом. Кроме того, близким людям находиться рядом с депрессивным человеком становится психологически сложно из-за его идей самобичевания, обвинения других, а также плохой переносимости депрессивным человеком хороших событий в жизни других людей, поскольку у них подавлена способность радоваться и, тем более, разделять радость других

О первичном нарциссизме

Мы знаем, что каждому человеку необходимо здоровое чувство уважения и любви к себе, которое помогает сохранить жизнь, приумножить достаток, полюбить другого и добиться разных целей. Откуда взять нарциссическую подпитку и как не потерять уважение и любовь к себе – это вопрос, который волнует многих на сегодняшний день.

Нарциссизм условно можно разделить на первичный и вторичный. Первичный нарциссизм связан с самоуважением, это та любовь к себе, без которой невозможно жить. Величина первичного нарциссизма зависит от любви и ухода первичного окружения младенца. Это то, какие представления есть о ребенке у его родителей, как о нем говорят, любовь и слова, направленные в уход за младенцем и забота, которая необходима в самые ранние годы жизни. Все это складывается с первых дней из восторгов мамы, любви папы к маме, из той любви, которой окружен младенец. Это та атмосфера, в которой нуждается младенец в ранние годы, потому что человеческий детеныш беспомощен и зависим от родителей, их ухода, заботы и помощи во взрослении. Однако не всегда жизнь пары после рождения младенца складывается в гармонии, а родители не всегда в состоянии дать то, в чем так нуждается их ребенок. Например, может так сложиться, что отношения в паре конфликтны, либо мать рожает и воспитывает ребенка одна, либо ребенка рожают, чтобы решить проблемы в отношениях, либо предыдущий ребенок умер, а новорожденный стал его заместителем, либо родители страдают депрессией и т.д. При таком развитии событий велика вероятность нехватки нарциссизма или его избытка из-за чрезмерной любви матери, особенно, когда отсутствует ее партнер.

В этих случаях первичный нарциссизм может «утекать» при нарциссических ранах –  это значит, что любое унижение, оскорбление, неудачи либо чрезмерной опеки «запускает» процесс «утечки» первичного нарциссизма уже с раннего детского возраста.

Кроме того, если ребенок очень быстро становится самостоятельным, что может радовать родителей, а малыш наслаждается этим: что он так рано стал взрослым – начал рано ходить, научился рано кушать, самостоятельно одеваться и т.д., тогда развивается вторичный нарциссизм. Причем, если ребенок слишком рано развивается, то это не значит, что все хорошо. Это говорит о том, что он вынужден что-то делать слишком рано. В этом случае формируется так называемое ложное Я, которое необходимо ребенку, а потом уже и взрослому, чтобы на него не кричали, потому что крик – это тоже насилие, чтобы он не подвергался насмешкам, оскорблениям, унижениям и т.п. Ложное Я скрывает настоящее Я, которое развивается в таком случае очень медленно, может быть очень хрупким и недостаточным. И, взрослея, такие дети хорошо учатся, хорошо себя ведут, все время что-то делают для других людей, они радуют своими достижениями своих родителей с самого детства, а потом и всю жизнь. Став взрослыми, они ведут себя так: «я все могу», «я сам себя сделал», «я всего добьюсь», «мне никто не нужен», «мне ничья помощь не нужна» и т.п.

Часто это одинокие люди – мужчины и женщины, очень успешные, которые рожают детей, растят их одни, как будто могут делать это и без мужчин и др. Так, чем меньше первичного нарциссизма, тем больше формируется вторичного нарциссизма, который как будто демонстрирует успешность в решении жизненных трудностей, но в глубине обнаруживает нехватку первичной любви, заботы и уважения к младенцу и его потребностям.

О сновидениях

Сновидение – это способ психической переработки, который имеет скрытое (зашифрованное) или почти явное исполнение желание сновидца. Само сновидение – это как картина абстракционизма или как фильм, где каждая деталь имеет свой символ и значение в отдельности, что складывается в общую картину и имеет свой единый смысл. Расшифровка сновидения называется толкованием. А символизация в сновидении необходима из-за цензуры, которой подвергается содержание сновидения. Действие цензуры мы можем видеть на примере того, что, не успев проснуться, буквально сразу начинаем забывать увиденное во сне или неосознанно заменять увиденное другими деталями. Если верно растолковать сновидение, увидеть в нем скрытый за явным содержанием смысл, появляется возможность познать частичку своего внутреннего мира, встретиться со своим желанием. При этом, в детстве сновидения имеют свою особенность – они содержат прямое исполнение желания. Например, ребенок, который днем был на диете из-за несварения, может видеть во сне пирожки или что-то, чего бы он очень хотел покушать.

Главное же в сновидении – сохранить сон и дать человеку отдых. Обычно в сновидении есть связь с дневными остатками – впечатлениями, которые были пережиты в течение предыдущего дня.

Отмечу, что сновидение не имеет ничего общего с тем, что предсказывает будущее, поскольку это лишь индивидуальный психический материал, который прорабатывается, чтобы человек продолжал жить нормальной душевной жизнью, чтобы все пережитое недавно или давно было приведено в такое состояние, которое не будет вызывать тревогу. Однако, скрытое желание, которое содержит сновидение, может быть исполнено в реальности.

Как известно, многие люди видят красочные или черно-белые сны, кто-то видит много снов или небольшие отрывочные сновидения. В любом случае, это говорит о том, что психика человека хорошо справляется со своей функцией.

Бывает так, что человеку снится один и тот же сон, даже кошмары. Может быть так, что человек просыпается от того, что приснился кошмар. Это означает, что какое-то событие в жизни было травматичным, пытается подвергнуться психической проработке. И, хотя здесь мы наблюдаем сбой в главной функции сновидения – сохранить сон, но это означает, что травматичное пытается маленькими частями быть переработанным психически.

Однако есть две серьезные ситуации, заслуживающие внимания – они говорят нам о проблемах в работе психического аппарата.  Первая - когда человек вообще не видит сны или перестает их видеть. Это неспособность психического аппарата справляться с тем, что накопилось и велика вероятность какого-либо тяжелого соматического заболевания в дальнейшем. При этом, человек может и не чувствовать никаких проблем и говорить, что все у него хорошо, но это признак негатива – стирания работы психической жизни, опасное для жизни состояние. Вторая ситуация - когда человек не может заснуть или вообще не спит ночами. Тогда мы имеем в виду такой сбой в работе психики, где тревога или что-то вроде навязчивых мыслей, сомнений или чего-то еще мешает заснуть, не дает расслабиться, заставляя держать напряжение. В большинстве своем такое состояние изматывает, мешает работать и нормально жить, приводя к психическому истощению.  

О способности чувствовать

Некоторые люди не могут понять, что они чувствуют в теле или внутри себя, что с ними происходит. Особенно это свойственно людям, которые могут заболеть какой-то соматической болезнью и говорить, что не знают как так вышло. Хотя до этого были какие-то признаки начинающегося заболевания – слабость, усталость, недомогание, стрессы, напряжение и какие-то небольшие боли.  Это говорит о том, что такие люди не в контакте со своими чувствами - как телесными, так и внутренним психическим миром. Как это происходит?

Чтобы человек что-то чувствовал, что происходит с ним, у него должна была быть такая мать, которая бы чувствовала так, как чувствовала она своего ребенка в раннем детстве. Не каждый человек находится в контакте с собой и со своими переживаниями. Он может быть в контакте с собой только, если у него была такая мать, которая находилась в контакте с ним – чувствовала и понимала, что он чувствует и что с ним происходит. Есть такое понятие как «достаточно хорошая мать» - это мать, которая чувствует то, что происходит с ее ребенком, которого она чувствует. Тогда такой ребенок, когда вырастает, тоже будет себя чувствовать, то, что с ним происходит и в его внутреннем мире, и в его теле. Если мать не могла его почувствовать по каким-либо своим причинам, то сколько бы ни было человеку лет, он так и не сможет себя почувствовать.

О судьбе или карме

Судьба или карма – это наше бессознательное. Наше бессознательное состоит из филогенетического и онтогенетического бессознательных.

Филогенетическое бессознательное – это наследие, которое мы получили не только от наших предков, но и от всего человечества. Внутри нас есть все, что было от тех, кто жил до нас. Поэтому все мы одарены и талантливы, имеем большие возможности, которые не всегда используем. Нередко люди удивляются человеку, который сменил сферу деятельности, преуспел в ней и продолжает добиваться успеха. Это и говорит о том, что у нас есть все таланты человечества, использовать которые мы можем, если пожелаем, так как только желание позволяет добиться успеха.

Онтогенетическое бессознательное – это то, что попало в бессознательное, от нашего рождения и от зачатия в процессе взросления. Это наше личное бессознательное.

Так что в бессознательном содержится все, что происходило с нами до мельчайших подробностей. Это и есть та «книга Бытия», куда заносятся все наши грехи. Мы сами так устроены, что «записывается» все, что было с нами – и хорошее и плохое.

Поскольку нам очень сложно говорить, что с нами происходило, мы ни о чем не говорим, родители тоже молчат. Однако ничего никуда не девается, а передается из поколения в поколение по неизвестным бессознательным путям. Врачи могут сказать: «передается генетически». И тогда, все, о чем не говорится «проиграют» внуки.

О формировании невротического симптома

Пациент боялся зажженных свечей, вызывающих у него страх или даже ужас. В процессе психоаналитической работы был расшифрован бессознательный смысл этого симптома: однажды, будучи ребенком, пациент увидел своих родителей, которые занимались любовью в комнате, он испугался, отвел взгляд и увидел горящие свечи. Так, ужас, испуг связались с увиденными горящими свечами, а само событие о происходившем в комнате родителей, было вытеснено – забыто, но не до конца. В памяти остался след в виде зажженных свечей, к которому привязался аффект страха, ужаса. Воспоминание об этом событии, восстановление связи и обнаружение смысла помогло избавиться от симптома фобии.

Ошибочные действия

Мужчина собрался нанести своей матери очередной еженедельный визит, который при всей занятости на службе он не пропустил ни разу. Занятый самодовольными мыслями о себе как «хорошем сыне», мужчина спускается в метро, путает перрон и садится в поезд, следующий в обратном направлении. Оплошность, ляпсус, неуклюжесть, ошибка, забывчивость…эти неудачные ошибочные действия, акты, промахи на самом деле неудачными не являются. Каждый из них свидетельствует об удаче бессознательного, которому в обход слов или движений удается обмануть сверхбдительность сознательного и преодолеть барьер запрета или цензуры. Ошибочное действие, которое не может быть ни увиденным, ни распознанным, никак не может быть приписанным случайности, промах является таким бессознательным проявлением, с которым мы сталкиваемся ежедневно. Поскольку сновидение может перенести нас в неизведанные просторы, оно придумывает такие небылицы и заставляет нас испытать такие эмоции, которые, казалось бы, нам не ведомы; сновидение без особого труда убеждает нас в том, что «Я – это другой», что целостность «Я» является иллюзией, что психическая личность расчленена. Никто посторонний не является автором наших собственных сновидений. Но ляпсус, промах могут стать его автором или, по крайней мере, соавтором, им это разрешается, поскольку это совершается исподволь, вполсилы, как если бы они тут были ни при чем. Его союзником является усталость. Ошибочным действием можно объяснить все мелкие неудачи повседневной жизни, несчастные случаи, исчезновение или соскальзывание идей, случайное поскальзывание на лестнице, оговорку, произнесение не того слова. Под покровом этих мелочей исполняется любовное желание, бессознательная ненависть находит свой объект. Преступление приводит к наказанию, пусть даже это преступление не было совершено в реальности, но вы к нему втайне все же стремились. Ошибочное действие всегда свидетельствует об истине, которую мы предпочли бы не знать. Не существует «внутренней случайности». Так, пребывая под бременем постоянно накапливающихся неприятностей, размышляя, что же он такое сделал, чтобы заслужить все это, думая, не слишком ли много он платит по счетам, мужчина набирает на домофоне код квартиры, где его ждет психоаналитик. Путая цифры, он набирает код своей банковской карточки./Жак Андре «Сто слов психоанализа».

О передаче травмы поколениями

            В некоторых случаях из обыденной жизни мы можем встретиться с непонятными феноменами, которые человек не в состоянии себе объяснить. Я имею в виду те из них, когда с людьми происходят какие-либо необъяснимые несчастья или то, чему он не может дать разумное объяснение. Это связано, прежде всего, с тайнами, которые хранятся в семье и умалчиваются, передаются из поколения в поколение, где есть что-то, происходившее с членами семьи когда-то давно и как будто бы забытое, но тщательно охраняемое как семейный секрет и как будто запакованное в невидимый склеп. Сюда относятся события, болезни, ситуации, сама личность предка или члена семьи. Все это связано со стыдом и виной, мешает идеализированному образу семьи, о чем «неохота говорить», «зачем его/ее вспоминать», «что об этом говорить», «зачем ворошить прошлое» и т.п. Бывает, что это внебрачная связь и внебрачный ребенок, тюремный срок за убийство, мошенничество, кражу, а также репрессирование члена семьи, раскулачивание, уход члена семьи из дома и неизвестность его судьбы, смерть близкого и т.д. В любом случае бессознательное и невысказанное оказывают такое воздействие, что это может случайным образом повториться в поведении или жизненном сценарии любого родственника. Более того, это будет повторяться  до тех пор, пока не выйдет наружу, не станет настолько явным, что кто-нибудь, наконец, расскажет тайну.

Так бывает в случае «синдрома годовщины», когда вдовец как будто случайно в день годовщины смерти жены падает и ударяется головой, как упала она, а прожив несколько дней, умирает.  Это демонстрирует семейные бессознательные повторения в дни годовщин.

Другой случай, когда взрослый человек – незаконнорожденный ребенок из известной семьи все время злоупотреблял алкоголем, всю жизнь искал информацию о своем происхождении. Поиски «следов» утраченных документов привели его к месту, где находился попугай, который все время повторял одни и те же фразы, расшифровав которые, человек узнал правду и бросил пить.

Еще один случай, когда женщина, прооперированная по поводу порока сердца, который был и у ее бабушки, боялась рожать детей, чтобы не передать по наследству эту болезнь. Она решается на усыновление и выбирает здорового и красивого мальчика, которого приняли в семье как родного. Вскоре у мальчика обнаруживается порок сердца.  После этого ребенка оперирует тот же хирург, в той же больнице, где оперировали ее, того же числа и месяца. Все верно, ведь ребенка любят как родного и чувствуют, что он «всегда был членом их семьи».

Таких случаев множество, ведь наша бессознательная память хранит многое, даже если мы этого не знаем и нам об этом не рассказывали, но нас может что-то мучить и не давать покоя, заставлять что-то делать и куда-то идти, ехать и т.д. Это касается любых тайн и недоговоренностей в семьях, потому что наше бессознательное «толкает» на то, чтобы что-то было, наконец, узнанным.

Боязнь инцеста

В своей работе «Тотем и табу» Фройд  предлагает психологическое исследование жизни первобытных народов на основе духовной жизни, где можно распознать и признать хорошо сохранившуюся предварительную ступень нашего собственного развития. Исследуя культуру аборигенов Австралии, различных диких племен, ученый указывает на наличие у них на месте недостающих религиозных и социальных институтов системы тотемизма. Их племена имеют структуру, которая состоит из маленьких родов или кланов, каждый из которых носит имя своего тотема. Тотем – это, в большинстве случаев, животное, съедобное, безвредное или опасное, которое внушает страх. Кроме того, тотем – это может быть растение или сила природы (дождь, вода), которые находятся в особых отношениях с родом в целом. Вообще тотем – это родоначальник клана, духохранитель и помощник одновременно, который посылает клану предсказания. Даже становясь опасным, он знает и не трогает своих детей. В обмен на это, коллеги по тотему должны следовать священной обязанности сохранять и не убивать (не уничтожать) свой тотем и воздерживаться от употребления его мяса (или другого доставляемого им обычно удовольствия). Свойство тотема связано со всеми представителями вида. Время от времени устраиваются праздники, во время которых сотоварищи по тотему в церемониальных танцах изображают или подражают движениям своего тотема. Тотем наследовался по материнской или отцовской линии. Возможно, что вначале это наследование было по материнской линии, а позже – по отцовской  . Принадлежность к тотему – это основа всех социальных обязанностей австралийцев, которая выходит за границы принадлежности к племени и к кровному родству. Тотем не связан ни с участком земли, ни с его положением, коллеги по тотему живут отдельно друг от друга и мирно уживаются с приверженцами других тотемов.

Повсюду, где действует тотем, есть закон: запрещено вступать в брак и половые отношения членам одного и того же тотема. Это связанная с тотемом экзогамия. Значение запрета состоит в следующем: а) нарушение запрета подвергается наказанию племенем так, как будто речь идет о защите всего сообщества от угрожающей опасности или угнетающей его вины; б) жестокому наказанию полагается за мимолетные любовные связи, которые не приводят к рождению детей; в) наследование после брака и его постоянство переносят запрет на это наследование; г) экзогамия, связанная с тотемом, стремится к большему, чем запрет на инцест с матерью и сестрами. Она исключает половые сношения мужчины со всеми женщинами его собственного клана – целым рядом женщин, не связанных кровным родством, так как рассматривает их как кровных родственников. Все происходящие от одного тотема связаны кровными узами, составляют одну семью и в ней даже самая отдаленная степень родства признается запретом на сексуальный союз. Так, запреты тотема включают реальный инцест в качестве частного случая.

Кроме того, у этих народов есть ряд «обычаев», которые оберегают индивидуальное общение близких родственников и соблюдаются с религиозной строгостью. Эти обычаи и нравственные запреты можно назвать избеганием. Такие ограничивающие запреты направлены на избегание и запрет общения: а) против общения мальчика с матерью и сестрами, в том числе и с двоюродными, а наказание за инцест с сестрой – смерть через повешение; б) строгие предосторожности относятся по отношению к невестке (жене брата); в) к отношениям дочери с отцом; г) ограничение отношений касается между мужчиной и его тещей.

Таким образом, цель всех «избеганий» и запретов – это создание защитных мер против кровосмешения.

Фройд особо отмечает психоаналитическую основу избеганий отношений с тещей, объясняя это так: когда психосексуальные потребности женщины в браке и в семейной жизни требуют удовлетворения, ей всегда грозит опасность неудовлетворенности из-за преждевременного окончания супружеских отношений и однообразия ее эмоциональной жизни. Стареющая мать защищается от этого путем вживания в чувства детей посредством идентификации с ними и сопереживания волнующих событий. Это вживание в чувства дочери легко доходит у матери до того, что она влюбляется в любимого мужа последней, а это из-за сильного психического сопротивления подобной эмоциональной установки ведет в крайних случаях к тяжелым формам невротического заболевания. Такая тенденция встречается часто и, если теща противится осознанию этой тенденции, то к этой сумятице чувств добавляется борющееся в душе стремление противодействовать пониманию происходящего. Тогда зятю достаются неприязненные, садистские компоненты любовного побуждения тещи, чтобы лучше справиться с запретными и нежными. У мужчины отношение к теще осложняется похожими, но исходящими из других источников побуждениями, поскольку он воспринимает тещу как мать или сестру.

Если человек не освободился от известной доли инфантилизма или вернулся к ней в результате задержки или регрессии, тогда тяга к инцесту остается. Поэтому в бессознательном психики продолжается влияние инцестуозных фиксаций либидо. Отношение к родителям – это центральный комплекс невроза, который находится под властью инцестуозных желаний[1].

Как говорит Андре Грин в своей статье «Отношение «мать-дитя», несомненно инцестуозное», идея инцеста ставит психоаналитиков лицом к лицу с проблематикой первоначального измерения сексуальных желаний. Автор пишет, что глубокое исследование комплекса Эдипа, позволяет заметить, что этот комплекс представляет собой комбинацию и чередование желания и идентификации: желания и идентификации с матерью, желания и идентификации с отцом. Проблематику желания и идентификации следует рассматривать совместно. Далее остается лишь доказать, что идентификация отвлекает желание, держа его на расстоянии. 

При этом, Андре Грин отмечает, что из трех полюсов эдипова треугольника, мать – единственная, кто имеет плотскую, телесную связь с двумя остальными, с отцом и ребенком, ее тело задействовано в этих двух ситуациях по-разному. А отец и ребенок, независимо от пола, имеют с остальными лишь частичную и косвенную связь. Автор отмечает, что Фройд раньше Мелани Кляйн обнаружил в связи ребенка с грудью матери прототип всех последующих любовных связей. И одновременно с этой связью происходит связывание идентификации с отцом с собственной предысторией. Позже Фройд уточняет, что мать является первой соблазнительницей ребенка.

Связь с грудью – это связь на уровне телесного контакта. И речь не идет о чем-то маловажном, поскольку после пребывания в состоянии слияния с материнским объектом должна последовать сепарация. Фройд говорит, что объекты, приносящие удовлетворение, должны быть потеряны. Это значит, что с взрослением ребенка и приобретение им опыта грудь матери перестает быть частью тела ребенка. Необходимо, чтобы ребенок признал сепарацию; чтобы объект был найден снова, до того, пока после сепарации вступит в действие принцип реальности. Имеется в виду то, что объект признается отдельным, отличным от себя, объективно воспринимаемым. Фаза субъективного объекта, или первичной связи с матерью, «инцестуозная» фаза, навсегда сохраняется в виде мнестических бессознательных следов.[2]

Так, инцестуозная фаза и способность признать внешний объект оказывает существенное влияние на дальнейшую жизнь человека и его отношения с людьми во взрослой жизни.


[1] Зигмунд Фрейд. Вопросы общества и происхождение религии/перевод на русский А.М. Боковикова  – Москва ООО «Фирма СТД». - 287-445с.

[2] Инцесты./Под ред. Ж.Андре. Пер.с фр. – М.: Когито-Центр, 2017. - С.36-38

 

О последствиях инцеста.

В своем «Клиническом дневнике» Шандор Ференци описывает состояние после совращения ребенка в раннем возрасте как адаптирующееся перед сложной задачей путем полной идентификации с агрессором. Поведение взрослого человека (молчание, отрицание, тревожное поведение), который обладает властью после совершения такого акта в отношении ребенка, добавляется к угрозам в адрес ребенка и создает условия для осознания им (ребенком) вины и его (ребенка) соучастия в произошедшем. Немаловажный вклад в чувство вины, которое характерно для постсексуальной реакции, может быть то обстоятельство, что гениталии ребенка обладают свойством реагировать на их стимуляцию чувствами телесного удовольствия. То удовольствие, которое испытывается в сексуальном процессе и, которое ребенок не в состоянии отрицать, вызывает склонность чувствовать себя ответственным или соучастником таких событий жизни. Кроме того, фактору вины способствует то, что ребенок безобидно кокетливо ведет себя, показывая себя, прикасаясь и т.д., в конечном итоге, воспринимая себя соблазнителем взрослых и совсем не ожидая реальных сексуальных отношений с этим взрослым. Тогда в происходит ужасный конфликт между реакцией органа, который характеризуется удовольствием, и психической защитой. В таком случае эта сцена совращения может быть регрессивно закрыта, например, рвотой или может быть использована истерическая конверсия для избегания еще более сильного неудовольствия от сознательного психического переживания произошедшего. Такая истерия составляет основу всех шоковых неврозов, хотя позже может перекрываться обсессивно-невротическими или параноидными психотическими симптомами как и определенными чертами характера. 

 
 
психоаналитический психотерапевт Екатерина Шарунова
психоаналитическая консультация очно и онлайн
психоаналитическая психотерапия очно и онлайн
психолог Санкт-Петербург, 
психолог онлайн